«У меня три клиента – мужчины, они тоже наращивают ресницы». Лэшмейкеры и мастер по маникюру о том, как зарабатывать $2000 в месяц

Деньги • Екатерина Ажгирей
Нас с детства вроде бы учат уважать чужой труд, но когда дело касается сферы услуг, у многих это уважение катится к черту. Кто-то хочет легких денег и думает, что они зарабатываются на ногтях, депиляции и ресницах. Оказывается, в бьюти-сферах действительно можно заработать на порядок выше средней беларуской зарплаты. Только для этого придётся брать десятки клиентов в неделю и периодически быть бесплатным ведром для жалоб у своих клиентов.

Валентина, работает лэшмейкером в Киеве. «Три моих клиента – мужчины. Да, они тоже наращивают ресницы»

«Когда переехала в Киев, первый курс учебы в Медицинском стал адаптацией. На втором я поняла, что нужно искать подработку, ибо я не могу существовать только на деньги родителей. Тем более, в Киеве не оплачивается интернатура, а жить на что-то надо. Работать шесть дней в неделю с полной занятостью – не мой вариант, потому что тогда страдает учеба. Можно было подработать промоутером и раздавать листовки, но в этом ты никак не развиваешься.

Я начала думать, чем бы мне хотелось заниматься. Ногти – сразу нет. Косметология мне интересна, но я не имела права ей заниматься, так как не было квалификации. Я ведь врач – думаю о рисках и последствиях. Пришла идея заняться ресницами – я записалась на курсы, после них меня оставили работать в салоне. На тот момент индустрия была на уровне пластиковых ресниц, которые клеились клеем-смолой – с побочным эффектом в виде аллергии (сейчас такого нет). В салоне я проработала полгода, потом улетела в штаты по Work and Travel, где тоже занималась ресницами. От американских мастеров получила массу хороших отзывов, это добавило мне уверенности. Но когда вернулась в Киев, решила, что больше не хочу этим заниматься. На шестом курсе вновь вспомнила, что умею наращивать ресницы – была острая нехватка денег. Но к этому времени индустрия красоты настолько прыгнула вперед, что мои работы даже мне самой уже не нравились. Первый заработок я полностью отдала на обучение, это было 150 долларов за однодневные курсы. Я понимала, что этот навык будет со мной всегда: если ты керамист, лэшмейкер, умеешь делать что-то руками – ты заработаешь везде.

Зарабатывать можно от 50 до 100 долларов в день – в зависимости от того, какой у тебя уровень и сколько ты берешь за свою работу. Моя мама только идет к осознанию, что ресницами можно хорошо зарабатывать. Но когда она мне звонит и каждый раз попадает на ответ «я работаю!», вопросы отпадают.

Со стереотипами я сталкиваюсь постоянно: «А что ты там делаешь, ресницы?» Профессия правильно называется лэшмейкер, и по мастерству есть целые чемпионаты, причём международные. У многих девочек бывает пренебрежительное отношение, я уж не говорю про мужчин. Даже мой парень, пока не увидел, как я упахиваюсь, считал: «Я тоже так могу, делов-то!». Но у меня есть три клиента-мужчины. Да, они тоже наращивают ресницы. Работу можно сделать настолько натуральной, что этого не заметит никто, кроме профессионального мастера. И всё будет выглядеть так, будто у тебя просто хорошая тушь. Это мужчины эпатажных профессий: двое из них модели, а третий работает секьюрити в ночном клубе.

Реклама работает и в Инстаграме, и в Вконтакте. Я давала её один раз, а потом пошло сарафанное радио: подружки, сестры, мамы, знакомые – и дальше по цепочке. Если страница в инстаграме очень раскрученная, это плохой мастер, и делает акцент на рекламе и постоянных акциях. Это ведь про поиск клиентов, которых на данный момент явно недостаточно. У состоявшегося мастера большая база клиентов, ему бы найти время, чтобы просто выложить свои работы в инстаграм. Но диджитал – хорошая альтернатива сарафанному радио, если человек только начинает.

Клиенты, которые молчат, есть, но они очень редкие. Раньше я принимала всех, кто ко мне записывался, и 80% из них изливали мне душу – я была помойным ведром.

Мастер по ресницам и психотерапевт. А так как я врач и с психотерапией была знакома изнутри, это мне давалось тяжело: я включалась в каждую историю, давала советы. Но со временем все рассказы превратились в белый шум. Если человек замолкает, значит он задал мне какой-то вопрос, и я корректно уточняю: «Ой, а что ты спросила?» Или говорю какие-то общие фразы, если нужен ответ.

Кто-то на сеансах засыпает. Я сразу понимаю, настроен клиент разговаривать или нет. Активным общением я не занимаюсь. Но и не говорить вообще у меня нет права: ко мне пришел человек, он хочет, чтобы его обслужили, и сделали это качественно. Я работаю в сфере услуг, значит должна улыбаться. А хорошее у меня настроение или плохое – никого не волнует.

Так что я не понимаю, почему продавщица в магазине может мне нагрубить. Раз уж ты пришел работать с людьми – будь готов к «профдеформации» в виде вежливости.

Раньше я тряслась за каждого клиента, а сейчас думаю так: если не нравится моя работа, вы можете найти другого мастера. Я знаю, что делаю свою работу качественно. Плюс, дома у меня никогда не будет беспорядка или кричащих друзей мужа.

Неадекватных клиентов тоже хватает. Была девушка, которая записалась ко мне на шесть утра перед Новым годом. Я согласилась, а она опоздала, не предупредила, что будет уже с нарощенными ресницами и их тоже нужно снимать. Всё успели, она ушла довольная, а вечером начала писать мне, что работа сделана ужасно, что она снимала ресницы у другого мастера, и что мне нужно вернуть деньги. Я спокойно попросила контакт мастера: хоть в сфере и есть конкуренция, я готова слушать критику и развиваться. Контакт она не дала. В итоге я сама выложила фотографию работы в группу лэшмейкеров, чтобы спросить, что не так. Мне написали, что работа отличная, и попросили контакт девочки. Оказалось, что это «городская жалобщица», которая ходит к мастерам, делает ресницы, а потом кричит и забирает деньги, продолжая ходить с «плохими» ресницами еще месяц. Деньги я ей отдала и больше не связывалась.

Кстати, история с бодипозитивом и борьбой за натуральность не сильно коснулась нашей сферы. Люди просто просят «натуральный» эффект, а клиентов меньше не стало. Сейчас я могу узнать свою работу даже по «дальним» фотографиям. Запоминаю, какие у девочек природные нюансы и фактура (опущен уголок глаза, приподнят, какой ряд ресниц). Клиентура очень разная, но уже постоянная: студентки, взрослые женщины, их коллеги, девушки, летающие на заработки в ОАЭ... Со всеми учишься находить общий язык, но не всем ты можешь нравиться — это нормально.

Качественная работа делается минимум 1,5-2 часа. Есть монолитчики, когда мастер делает работу быстро, не разбирает ресницы клиентки, а просто наверх клеит нарощенные. Это выглядит красиво, но в итоге у человека выпадают свои ресницы, этого стоит опасаться. Критику предыдущих мастеров и правда встречаешь у специалистов часто. Сейчас на каждом углу наращивают ресницы, но действительно хороших мастеров мало. Не каждый хочет учиться, следить за обновлениями. Заработок должен тратиться и на развитие, а сперва это очень тяжело – приходится отдавать 100 долларов за однодневный мастер-класс, когда на тебе аренда, продукты, учеба и прочее. Но потом всё это окупается с лихвой.

На одного клиента я выделяю 2,5 часа. Максимальное количество людей за день – девять. Но на последних ты уже просто на автопилоте, очень устаешь. Обычно такое происходит перед Новым годом. Болит спина, садится зрение, но это издержки профессии. В обычное время у меня человек шесть максимум, и то на выходных. Ты в одной позиции, дико сконцентрирован. Иногда налегке работаешь, а иногда клиенты из тебя высасывают энергию, как вампиры. И тогда ты обязательно узнаешь, как и каким цветом сходил на горшок их ребенок».

Сергей, работал мастером по маникюру в Минске: «Постоянницы» рассказывали такое, что становилось тошно»

«На работу мастером по маникюру меня подтолкнула моя мать. Я тогда работал на заводе оператором станков с программным управлением и подыскивал новую работу. Я был юн, меня интересовал доход, а наращивание было довольно популярным. Я подсчитал, что на этом можно заработать явно быстрее станка.

Возможно, видя, как мастера делают свою работу быстро и качественно, может показаться, что это легко. Но поначалу это занимает много сил и времени – пока не доведешь движения до автоматизма. К тому же наращивание достаточно затратно в закупках материалов: нужно множество всяких стразиков, пилочек и тонна цветных гелей. Затраты занимают примерно 35 процентов дохода, 65 остаётся тебе.

Я ходил на курсы, получил диплом, и моя преподавательница посодействовала устройству в салон. Всё, что я узнал на курсах, мог бы почерпнуть на ютубе, хотя и платил я не так много – полтора миллиона на старые деньги. Около двух миллионов ушло на материалы. Первыми клиентами были мои подруги и подруги подруг – дальше хорошо работают рекомендации. Развиваться можно достаточно быстро, если ты не боишься экспериментировать. Одно время я работал в салоне красоты – бывало, девушки не хотели переплачивать в салоне и просились на дом (на дому мои ценники были лояльнее). Надо признать, клиентку я мог бы и не узнать, а вот свою работу – сразу.

Пойдут ли люди к «угрюмому» мастеру, зависит от человека. Кому-то достаточно просто качественной работы, кому-то нужно ещё и поболтать.

Кстати, вопросов о том, почему парень занимается маникюром, было не так много. Чаевые я получал, если клиенту нравилась моя работа. Как и официантам, мне могли оставить «благодарность».

Но дома всё равно можно заработать больше, если у тебя есть клиентура. Как ни странно, больше неадекватов ходит именно в салоны, но это лично мой опыт.

Мне попадались болтушки и сплетницы. Как раз поэтому я ушел из сферы красоты. Не буду уточнять, о чем говорили мои клиенты, но «постоянницы» рассказывали такое, от чего становилось тошно за весь женский род. На дом я брал не больше двух клиентов в день (совмещал с салоном, мне нужен был хотя бы частичный отдых), а в салоне могло быть до пяти клиенток в день. Поясница и спина от постоянного напряжения и полусогнутого состояния начали приходить в негодность даже в годы юности. Как отдыхал? Сидел дома, лишь бы никого не видеть. Хотелось покоя без излишнего общения и чтобы спина выровнялась на кровати.

Такую работу и правда выдержат разве что мамы в декрете, потому что у них дефицит общения. А тут ежедневно ты вынужден выслушивать чушь, которую втирает основная масса клиентов: с кем и со сколькими они спят, кому изменяют, как проходят месячные… Был неадекватный момент: я взял клиентку на дом, а она орала по телефону, как дурная, хотя я ей сказал, что в соседней комнате спит мать. В общем, я бросил это дело, потому что это работа с женщинами. А с ними, по моему опыту, работать невозможно. Но если делать хотя бы по клиенту в день (2-3 часа работы), в пятидневку можно насчет «официальной» работы не париться – если у тебя ценник 30-40 рублей, а лучше 40-50».

Вера, работает лэшмейкером в Москве: «Благодаря аккаунту в Инстаграме меня позвали работать на «Дом 2»

«В поисках работы я переехала в Москву, долго искала себя, пробовала разные сферы, начиная от колл-центра до продавца одежды/косметики для волос и детской одежды. Но всё оказалось «не моё». Я долго думала, к чему лежит моя душа и какая работа действительно мне подходит. Вспомнила, что в детстве постоянно посещала кружки по рукоделию (бисероплетение, соломоплетение), а значит, что у меня хорошо развита моторика и не пугает кропотливый труд. Вот и выбирала между ресницами и маникюром. Но так как мастеров по маникюру в Москве много, решила наращивать ресницы. Долго искала студию, средств на это не жалела, и в конце концов все сложилось – занимаюсь этим делом по сей день. С наработкой базы мне было тяжело. Я же переехала в большой город, где очень мало знакомств, но помогло сарафанное радио и аккаунт в Инстаграме. Сейчас я учусь в РГСУ на юриста, но бросать сферу лэшмейкера не планирую.

У меня не было иллюзии, что работа с людьми простая. Возможно, со стороны и кажется, что сфера красоты – это быстро и легко, но это очень кропотливый, требующий большой концентрации и усидчивости труд.

Мои клиентки сравнивают наращивание ресниц с ювелирной работой, и здесь я с ними согласна.

Во-первых, если ты хочешь стать профессионалом, нужно вложить деньги в хорошее обучение, во-вторых, разобраться в различных по качеству материалах для наращивания. Я использую материалы премиум класса с самого первого наращивания. Стартовая сумма – примерно 35 тысяч российских рублей (больше 1000 беларуских рублей – Прим. KYKY). Это обучение, кушетка, лампа, базовый набор материалов и инструментов. Изначально набивала руку на родственниках, а первыми полноценными клиентками были студентки, которые остались постоянными.

Благодаря своей страничке в инстаграм меня позвали работать на проект «Дом-2», но сотрудничество было непродолжительным. Участница увидела мои работы и пригласила меня в качестве мастера. Конечно, после такого предложения меня окутал страх: как я буду наращивать ресницы человеку, который участвует в реалити-шоу с многомиллионными телезрителями? Это же другая клиентура и уровень ответственности. Я думаю, что мечта каждого лэшмейкера – рано или поздно обустроить свой личный уголок: кабинет или целый салон. Как мастер, я выслушиваю всех и даже могу помочь советом. Я думаю, что не каждый клиент готов повторно пойти к унылому мастеру.

Клиентки встречались разные, были простые, пафосные и даже истеричные. Однажды у клиентки «накипело», она выговорилась, я выслушала и не знала, что ей посоветовать. А она ответила, что ей не нужны советы, просто нужно с кем-то поговорить. Внешне я помню всех девочек, но куда лучше помню, какие у кого ресницы. С некоторыми из них я могу общаться и на личные темы, но это очень индивидуально, зависит от настроения и ситуации. Есть клиентки, которые у меня просто спят – в этом ритме жизни мало времени для отдыха. Бывают и те, которые молчат.

Я работаю с трех до десяти часов, в день у меня было максимум четыре клиента. Несмотря на это, сразу же о себе дают знать проблемы со спиной, зрением, реакцией на реагенты. Но это «профессиональные издержки». Возникла аллергия на клей, но я с этим борюсь. Я стараюсь посещать семинары, выставки, скоро пойду на повышение квалификации, которое стоит 17 000 (больше 500 беларуских рублей – Прим. KYKY) за один день, а два дня – 29 000. Дипломы и знания важны для мастера, а по опыту могу сказать, что клиентам важно качество. Средняя зарплата у лэшмейкера – от 50 000 (от 1500 беларуских рублей – Прим. KYKY). Свои ресницы доверяю только студиям, в которых прохожу повышение квалификации – качественно выполнять свою работу дано не всем. И уж тем более, не всем суждено выйти в «топы».

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

«Беларусь – это славянский Узбекистан». Издатель Марат Ахмеджанов о 90-х, жизни в Англии и заводе по добыче золота

Деньги • Алиса Альта
Марату Ахмеджанову 42 года. Он основал в Лондоне издательский дом Hertfordshire Press и стал вице-председателем Евразийской творческой гильдии – чтобы таким образом продвигать писателей из Азии в Британии. Марат родился в небольшом узбекском городке и «начинал» в бурные девяностые. А сейчас он приехал в Минск проводить стажировку для гильдии – и рассказал KYKY, как бросил бизнес на родине ради Англии и почему Узбекистан так похож на Беларусь.
Популярное