«Я климатический беженец». История беларуски, которая уже шесть лет зимует в Азии

Герои • Екатерина Ажгирей
Климатический беженец – это человек, который бежит от ураганов, наводнений и землетрясений. В Беларуси таких катаклизмов нет, зато есть полугодичная зима, переживать которую из года в год – национальный подвиг. KYKY поговорил с Таней Таракановой, которая седьмой год уезжает на зимовку из Беларуси в Азию и постепенно забывает, как выглядит снег и пуховик. Сколько стоит убежать от зимы, как организовать свою работу удалённо и что делать с карьерными амбициями – Таня рассказала KYKY.

Я очень давно поняла, что минская зима – это маленькая смерть. Зиму ненавижу настолько, насколько её вообще можно ненавидеть. Чтобы выйти в мороз на улицу, мне приходилось иногда выпивать папиного домашнего вина. Лет 12 назад про зимовки и простые путешествия можно было только мечтать. Я решила заткнуть эту экзистенциальную дыру другим способом – очень много работать. На частной телестудии была занята с семи утра до одиннадцати вечера, была и обычным редактором, и выпускающим, и журналисткой, зарабатывала как айтишник, но не успевала деньги тратить. А потом однажды мне друг говорит: «Поехали в ГОА, по туру!»  Я сначала противилась, что: «Ой, не, я же так занята, работаю!» 

В итоге мы приехали в Калангут, место оказалось прототипом Феодосии. Я сильно разочаровалась. Тогда не было фейсбука, все сидели на лайвджорналах. И кто-то в постах просил: «Если вы летите из Минска в Гоа, пожалуйста, мы забыли зарядку для фотика!» Ребят мы не знали, но зарядку привезли, несмотря на то, что многие в комментариях поливали их грязью из разряда: «Вы бы себе еще на Марс эту зарядку заказали!». Они показали место, в котором живут сами — им оказался Вагатор, оно было так прекрасно, что я сказала другу, что пусть делает, что хочет, но отсюда я не уеду. Но ситуация с деньгами заставила обоих вернуться в Минск. Я не очень сентиментальный человек, но когда мы приземлялись в Москве в марте, у меня слезы ручьями лились. Я смотрела вокруг и понимала, что вообще не хочу возвращаться в это всё. Никогда больше. 

«Январь, я в платьице и сандалиях – до апреля в Минск не поеду»

Пришло осознание, что работать до потери сознания – это не выход, работать так много я не хочу и не буду, а хочу зимовать в Индии, и это возможно. Осталось только решить вопрос, сколько нужно денег. Долго я искала подходящую компанию, постепенно чуть не ушла в какой-то дауншифтинг, работала в «Граффити» официанткой, брала заказы на seo-тексты. Года четыре я жила в таком режиме: практически ничем не занималась, только параллельно искала, кто со мной поедет в Гоа. Никто не хотел: «Прививки! Ты что, там же так грязно!»

Потом я устроилась на работу, стала немного путешествовать, все было хорошо. Но в какой-то момент все полетело к чертям: на работе случился конфликт с начальством, с молодым человеком расстались, все вокруг рушилось. Вместо того, чтобы себя жалеть, я купила билет в Мумбай. Решила: всё, еду одна, сроком на месяц – с обратным билетом. Глубокой ночью, в январе, я приехала в мумбайский гэст-хаус у черта на рогах, а он закрыт. Я села на ступеньки, вокруг меня бегают гигантские крысы (крысы-качки!), а я сижу счастливая и читаю книжку. Радуюсь, что январь, а я в платьице, в сандалиях. Там я поняла, что обратно, до весны, в Минск не поеду. С тех пор я не покупаю обратный билет, потому что не знаю, когда я уеду и откуда. 

В Индии я познакомилась с парнем, который стал моим лучшим другом. У него, кстати, такая же проблема, как у меня: он ненавидит зиму, причем настолько, что зимой у него постоянно температура. Мы стали вместе путешествовать по Азии. На тот момент моя зарплата была 300 долларов (только на seo-текстах). Если ездить по Индии, это катастрофически мало. Из плюсов такой занятости – четкий дедлайн. Свою работу я могла выполнять за один день, а остальное время путешествовать. Конечно, все вокруг необычно, непонятно, особенно, когда первый раз сталкиваешься с Индией. В целом тяжело работать в таких условиях, нужна минимальная зона комфорта, работающий вайфай, с чем в Индии проблемы, да и вообще вся Индия – одна стремная ситуация. Однажды мы поехали индийский город Джайпур, где вся еда делается на основе плавающего жира. Так как денег на хорошие рестораны не было, мы ходили в фастфуд, на который у меня была аллергия. Но что делать? 

Потом я одна, без телефона, поехала на Шри Ланку продлевать визу. Приезжаю в пять утра и вообще не понимаю, куда двигаться дальше. Подходит австралиец, спрашивает, есть ли мне, где остановиться, – мол, здесь неподалеку бюджетный гэст-хаус для туристов. И вот, я уже сплю в своей комнатке с открытым окном на первом этаже и просыпаюсь от того, что кто-то залезает ко мне в кровать. Я начинаю бить этого человека, потом хватаю швабру, он выскакивает в двери, а я закрываю окно и снова засыпаю. У меня все нервные рецепторы уже насколько глубоко спрятались, что не пробить совершенно. 

Зачем терять сознание ради работы, где даже бизнес не твой?

Если в Минске есть социальные рельсы, по которым ты едешь, то здесь ничего подобного. Тебе остается только принятие ситуации. Как-то с друзьями мы проехали свою станцию, заболтались с индийцами, и когда поняли, что вот-вот отъедем от станции снова, просто вышли из набирающего скорость поезда на платформу. Сбежалась куча людей – у нас локти и колени в крови, никаких антисептиков, бутылка моей воды ушла под рельсы. Подходит начальник станции и говорит: «Крэйзи пипл! Почему вы стоп-кран не нажали?!» А мы думаем: вы чего, какой стоп кран, мы же из Беларуси! Если дернешь стоп-кран, в лучшем случае казнят. Потом анализировали, почему мы из этого поезда выпрыгнули – мы же взрослые здравомыслящие люди. И поняли, что мы много времени провели в индийских поездах, а там это норма, постоянно кто-то входит и выходит из набирающего скорость поезда. Но страховку я делаю всегда на полгода, это обязательно. Очень много историй про то, как людям собирают по 10-15 тысяч долларов на счета в больницах – лучше заплатить 60 евро и не париться. 

Первый раз я путешествовала до апреля. Не знаю как, но на всё мне хватало этих 300 долларов в месяц. Seo-тексты — это очень, очень низкооплачиваемый труд, который еще и нужно делать хорошо. Удаленную работу вообще поначалу сложно строить: вокруг столько всего происходит, друзья вечно зовут на что-то крутое, а я и так весь месяц ездила – теперь три дня нужно просто аврально нагнать рабочий темп. Но если сделать так раза четыре (всё в последний момент) — потом больше не захочется, научишься выстраивать график. Если находился интернет, я сразу садилась и работала. Мотивацией было то, что кроме этих денег мне не на что рассчитывать. Либо возвращаться в Минск, чего мне не хочется зимой, либо работать.

Родители меня во всем поддерживают. У них принцип: моя жизнь – это моя жизнь, они переживают, но не навязывают свое мнение. Друзья тоже меня хорошо знают и не удивляются. Наоборот, они сейчас и свой отпуск «ко мне» планируют. В прошлом году нас собралось 30 человек.

Я себя всего один раз самобичевала по поводу своего образа жизни. Это было на Шри Ланке – я решила подняться на пик Адама, священную гору с более 5000 ступенек.

Мне нужно было выходить в два часа ночи, чтобы увидеть рассвет. Где-то к пяти утра, уже ничего не соображающая, когда оставалось ступенек 100, я лежала и думала: «Таня, ты вообще нормальный человек?! Тебе 28 лет, какого черта ты прешься на эту гору? Нет бы сидела дома, борщ варила, детей воспитывала!» Но когда я поднялась наверх и увидела неземной красоты рассвет, как с фотографий National Geographic, быстренько забила на все свои самобичевания, в том числе карьерные. Амбиции у меня прошли, ещё когда я работала на телестудии. Терять сознание ради работы, где бизнес даже не мой… Я не вижу смысла настолько упарываться работой. Зато вижу смысл работать в удовольствие, и чтобы заработанные деньги это удовольствие приносили. А когда нет времени даже потратить то, что заработал – ну, нет, это не для меня.

Азия учит тотальному смирению: здесь в тебя могут тыкать пальцем, каждый прохожий будет спрашивать, как у тебя дела и откуда ты. Однажды ко мне даже выстроилась огромная очередь, чтобы сфотографироваться. Я бы рекомендовала всем людям, которые хотят стать знаменитыми, просто съездить в глубинку Азии, чтобы понять, потянут ли они бремя популярности.

Beyond luxury. В Индии можно жить даже без удалённой работы

Как-то мальдивская компания пригласила меня как журналиста, а друга – как фотографа в пресс-тур по Мальдивам и Шри-Ланке. Мы поехали, взяв с собой вещей на десять дней. Поездили по всей этой красоте, и она перевернула мой внутренний мир: мы жили в отелях, где отдыхает Брэд Питт, Кейт Мосс, Пирс Броснан, королевская чета. Там такой уровень – просто beyond luxury. Красота и умиротворенность в каждой мелочи. И тут, когда пришла пора возвращаться домой, директор компании предложил нам проект на девять месяцев по диджитал маркетингу для российского рынка.

Мы торговались за зарплату месяц, у меня с собой, к слову, было сто долларов. Ели ролтон, но не сдавались. В результате директор компании пошел на наши условия, мы поселились на Шри-Ланке, сняли роскошный дом и гоняли на самые крутые Мальдивские курорты.

Мне нечего бояться: если что-то пойдёт не так, я вернусь обратно в Минск. Была история, когда поезд отвез меня не в ту сторону, и я чуть не опоздала в аэропорт. Сижу на какой-то станции, хочу попасть в Дели, а станционный смотритель пытается объяснить, что я не в ту сторону села. Начал рисовать картинки: домик, он – я понимаю, что он мне уже жениться предлагает. А у меня самолет через 10 часов! Рисую в ответ, что я замужем и не смогу с ним остаться. На самолет успела, но совсем не спала и была в состоянии зомби. Прилетаю в Киев, и веселые украинские таможенники говорят: «Христос Воскрес!» А мой воспаленный мозг уже настолько не соображает, что я ответила: «Я рада!» А это была просто Пасха.

Если задаться целью, всё возможно. У меня был год, с 30-ю перелетами – и только за пару из них я заплатила. Авиакомпании и отели охотно идут на сотрудничество без денег. Я им статью, они мне билет или отель. Конечно, когда я побывала во многих азиатских странах, пресытилась. Мне стало скучно. Захотелось комфорта и уюта без этого трэша. Теперь я предпочитаю снимать дом и базироваться на одном месте. 

Кстати, в Гоа жить можно, даже если нет удаленной работы. Я знакома людьми, которые, например, просто участвовали в шутингах (съемках в болливудских фильмах), за это и жили. Я тоже дважды снималась в индийском кино, которое, правда, так и не вышло. За съемочный день платили 20 долларов и трижды кормили. Рассказывали историю: один мужчина приехал из Орши, такой типичный, с пузиком, и именно за эту внешность его взяли на роль бога Ганеши. И он остался там работать богом. Купил себе квартиру в Мумбае (там они дороже беларуского «метра») и стал болливудским актером.

Люди в Гоа зарабатывают на экскурсиях для русскоязычных туристов, маникюре, языковых курсах, преподают йогу, работают барменами. Хорошо идет торговля духовностью. Многие туристы приезжают открыть у себя третий глаз, им в этом помогают, порой даже за неумеренную плату.

«Моей зимней куртке лет семь, я давно не видела снег»

Так я зимую уже седьмой год. Индия, Малайзия, Таиланд, Непал, Индонезия. Сначала я возвращалась в Минск в апреле, и было холодно. На следующий год приехала в мае – опять пальто. В этом году – в июле, и опять холодно! Когда мы видели новость про Хавьер, масштабы трагедии вообще не осознали. Но я лишний раз убедилась, что не смогла бы жить в таких условиях. Моей зимней куртке лет семь. Год назад я уезжала с ноября до июля. В этом году впервые видела зиму (приехала в январе в Беларусь, это было прикольно). Я давно не видела снег. Но потом уехала отогреваться в Грецию – по холодному климату не скучаю. На такую зиму интересно неделю посмотреть, но жить в этом невозможно. 

Был период, когда я так устала, что не хотела работать, отдавала свои заказы на сторону и поняла, что это непорядок. Решила сама себя наказать – устроилась в туристическое агентство – в офис, маркетологом. Агентство замечательное, но когда я сижу в офисе, покрываюсь плесенью. Я сделала пару акций, и там же познакомилась со своим будущим директором, который через два года предложил мне удаленную работу в сфере диджитал маркетинга. Его абсолютно устраивало, что меня полгода не будет в стране. Сейчас много компаний, которые отпускают своих сотрудников. Моя подруга 10 лет работала в типографии, а потом расписала начальству толстенный документ, почему им не выгодно держать её зимой в офисе. Сначала они с опаской отпустили её на месяц, потом на два — а потом поняли, что компания действительно ничего не теряет, и она дополнительно экономит их деньги. Я так же могу жить в Таиланде, но при этом работать «в Беларуси».

Для более-менее комфортного существования в Азии нужно около 700 долларов. С 300 придется отказывать себе во всем. 1500 – это уже супер-комфорт.

Есть большая разница между туристами и лонг-стэирами – во втором случае вы будете тратить гораздо меньше, особенно, если делите с кем-то жилье и закупаетесь продуктами на местных рынках.

Гоа мне напоминает большой пионерский лагерь. Сюда приезжают люди, сами себе устраивают музыкальные фестивали, уходят в эзотерику, преподают каждый что умеет, поделки друг другу и туристам продают. Мне подруга на Новый год подарила консультацию у астролога – ну где еще тебе такое подарят? В Гоа слишком много развлечений и вседозволенности, легко погрязнуть в тусовках и забить на работу.  Нужно себя контролировать и четко приоритезировать абсолютно всё. Мне было очень удобно работать на Бали, разница с Беларусью в пять часов – я просыпалась в девять утра, когда в Минске было четыре часа, делала всю работу, а когда заказчик просыпался, я уже закончила все задачи и шла к океану. В Таиланде точно так же. Если у людей восьмичасовой рабочий день, утром можно ходить на пляж, в самое жаркое время дома работать, а вечером снова быть свободным. 

Переезжать насовсем не хочется: во-первых, от Азии устаешь, во-вторых, в Беларуси у меня друзья и родители. Да и летом в Минске мне комфортно. Еще лет пять назад мне очень не нравилось то, что происходило в Беларуси. Я сюда приезжала, и как-будто тяжелый камень на плечи ложился. Но с каждым годом у нас становится всё лучше и лучше: ни на фестивале Sprava, ни на FSP в этом году автозаков не было (смеётся). Люди стали расслабленнее: в налоговой меня не то что не обхамили, а даже как-то по-матерински объяснили все детали по телефону. Я очень давно не читаю новости, не знаю, что происходит. Но то, как сами люди меняют город, мне очень симпатично. Летом мне здесь комфортно и хорошо, но на зиму я буду уезжать. Я «климатический беженец». А на пенсии куплю себе квартиру в Пальма-де-Майорке и буду с такими же старичками играть в шахматы на берегу моря.

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

«Я до последнего привык биться головой об стену. Но это скорее был минус, чем плюс». Вспоминаем интервью Александра Куллинковича

Герои • Дмитрий Мелеховец
Сегодня, 4 августа, у группы Neuro Dubel не стало солиста – родственники Александра Куллинковича объявили о его смерти. Его племянница написала: «Он столько раз с самого детства уходил от смерти», но мы понимаем, что вечной такая гонка быть не может. Редакция KYKY приносит соболезнования семье и близким Куллинковича и публикует интервью, которое Александр давал нам еще три года назад.
Популярное